Кай Хаверц: от Будапешта до чемпионата мира

Кай Хаверц вспоминает Будапешт так, будто это было вчера. Три с половиной недели назад его гол в финале Лиги чемпионов почти час держал «Arsenal» у самой двери бессмертия. Потом все рухнуло. Самый болезненный способ проиграть, и уже через несколько часов — необходимость выпрямиться, вытереть лицо и натянуть улыбку. На следующий день в 14:00 по плану — автобусный парад с трофеем Премьер-лиги по улицам Ислингтона. Миллион глаз, море восторга. Уместно ли это после такой ночи?

«Честно, было тяжело, — говорит Хаверц. — После матча я сначала думал, что мы всё отменим. Но к следующему утру всё выглядело иначе».

Парад расставил акценты. Плотная стена людей, красное море шарфов, крик, который физически давил на грудь, — северный Лондон ясно показал: этот тур был необходим. «У нас за спиной был огромный сезон, — отмечает он. — Клуб 22 года ждал титула в лиге, это нужно было отпраздновать как следует вместе с болельщиками. Ничего подобного я не переживал. Столько людей на улицах, столько поддержки. Это точно в моей личной топ‑тройке моментов в карьере». Теперь он нацелен расширить этот список до четырёх.

Из Будапешта — в Северную Каролину

Сегодня Хаверц говорит уже с другой точки карты и другой эмоциональной высоты. База сборной Германии на чемпионате мира — тихий Winston в Северной Каролине. Атмосфера там иная: не эйфория, а нарастающее, уверенное напряжение. Германия наконец-то сбросила с плеч тяжёлую обезьяну прошлых провалов. Вылеты на групповом этапе в 2018 и 2022 годах висели над этой командой как приговор, но сейчас команда уже досрочно выиграла группу E.

Во второй из тех неудач, в Катаре, Хаверц забил дважды Коста-Рике — и всё равно вылет. «Катар был далеко не успешным ни для нас как команды, ни для меня лично, — признаётся он. — Сейчас в сборной другая энергия. Я довольно быстро поверил, что в этом году всё пойдёт лучше. Мы понимали: у нас есть обязанность — не вылететь рано снова. Мы — Германия. Но сейчас турнир только начинается».

На роскошной усадьбе Graylyn Estate, где поселилась команда Юлиана Нагельсманна, никто не устраивает салютов после разгрома крошечной Кюрасао и тяжёлой поздней победы над Кот-д’Ивуар. Но цифры говорят сами за себя: 42 удара по воротам в двух матчах. Хаверц чувствует, что в эту сборную вернулось удовольствие. «От нас исходит настоящее удовольствие от игры, — говорит он. — Мы много двигаемся, играем в атаку, создаём моменты. И умеем отвечать после пропущенных голов».

«Я стараюсь быть для защитников призраком»

Против Кюрасао Хаверц оформил дубль — пенальти и изящный черпачок в концовке. Его статистика в сборной впечатляет: 24 гола в 60 матчах. В 27 лет он уже безоговорочный первый центрфорвард Нагельсманна, хотя именно вышедший на замену Дениз Ундав перевернул игру с Кот-д’Ивуар своим собственным дублем. Звучат голоса: дать Ундаву шанс в старте против Эквадора в четверг. Для Хаверца это не новость — значительная часть его карьеры проходит под аккомпанемент ощущения, что на родине его талант часто недооценивают.

«Наверное, потому что я не играю в Бундеслиге, — объясняет он. — С Тони Кроосом и Илкаем Гюндоганом было то же самое, когда они много лет выступали за границей. Про меня часто говорят: “Хаверц снова не забил, бесполезный!”. А когда забиваю, звучит: “Ну, так и должно быть, давно пора!”. Я ни на кого не обижаюсь, это нормально».

Сам Хаверц — футболист не по лекалам. Его игра — это движение, тактическое чутьё и чувство момента, а не показной хищный темперамент. «Защитники не должны понимать, где я нахожусь, куда иду, что планирую, где окажусь в следующий момент, — говорит он в интервью, организованном совместно с Die Zeit. — Для них это худшее. Я стараюсь быть для защитников призраком».

Эта «призрачность» сочетается с редким для звезды уровнем самоотдачи. Тренеры это ценят, и особенно Микель Артета, который при каждом удобном случае подчеркивает роль Хаверца в своей системе. «Я не могу просто стоять в штрафной и ждать, мне нужно участвовать в игре, — говорит Кай. — Я делаю забеги, которые порой выглядят бессмысленно, но так открываю пространство для партнёров, врывающихся из глубины».

Игрок, который подходит ко всему

Его карьера — почти учебник по универсализму. Начинал как вингер, долгое время играл в полузащите, пока Петер Бош не выдвинул его на острие в «Bayer Leverkusen». В 2023 году Нагельсманн и вовсе поставил его на левый фланг обороны в товарищеском матче с Турцией — и Хаверц забил уже на пятой минуте. «Если он попросит меня сыграть там снова, я согласен», — говорит игрок без тени позы.

Его спокойствие часто принимают за расслабленность. «Я знаю дискуссии о том, что я слишком расслабленный, что у меня “неправильный язык тела”, — признаётся он. — Это всегда всплывает, когда я играю плохо. Но я больше не зацикливаюсь на этом. Раньше было иначе. Я перестал всё бесконечно пережёвывать». Это не значит, что он не нервничает. «Снаружи это не видно, но внутри я чувствую волнение, — говорит он. — Перед финалом Лиги чемпионов, на чемпионате мира. Перед пенальти. Мне это напряжение нужно, чтобы сохранять концентрацию».

Инстинкт — то, что может снова принести Германии титул чемпиона мира, первый с 2014 года. Идеальная подготовка к турниру у команды далеко не получилась, впереди маячит возможная встреча с Францией уже в 1/8 финала, но Хаверц здоров и готов. Это уже немало после полутора тяжёлых лет, которые он сам описывает просто: «Для меня всё шло плохо». Операция на колене, затем травма задней поверхности бедра в сезоне‑2024/25 — на фоне этого его вклад в сезон «Arsenal» выглядит ещё более весомым. Желание закрыть старые раны у него сейчас почти осязаемо.

Он был в той сборной Германии, которая на домашнем Евро‑2024 под шум и надежды страны уступила Испании в четвертьфинале. В Северной Америке Хаверц чувствует, что градус ещё выше. «Атмосфера потрясающая. Перед Евро в Германии я тоже был очень взволнован. Но чемпионат мира — это ещё больше. В стадионах невероятная энергия».

Против пауз, за завершённый путь

Пока что он не ловил себя на том, что умирает от жажды на 23‑й минуте. Германия не играла в адской жаре: Торонто и кондиционируемая арена в Хьюстоне щадят организм. К так называемым гидрационным паузам ФИФА он относится скептически. «Они обычно раздражают, особенно когда у тебя только что было две-три хорошие атаки и ты чувствуешь, что поймал ритм, а его прерывают, — говорит он. — Но решение принимают другие».

В его власти — другое: влиять на судьбу сборной. Когда Хаверцу было 17, он уже подбирался к большому футболу в «Leverkusen» и всерьёз хотел бросить школу, отказаться от Abitur, немецкого аналога экзамена на поступление в университет. В клубе его быстро отрезвили: один из сотрудников объяснил, что это важный экзамен не только по учёбе, но и по характеру. «В 17 лет ты думаешь, что школа тебе больше не нужна, — вспоминает Кай. — В этом возрасте ты не думаешь о травмах или о том, как всё может резко пойти по-другому. Для меня это был урок на всю жизнь: доводить дела до конца, а не бросать на полпути».

Возможно, именно этот урок сейчас и нужен Германии. Команде, которая уже пережила свои провалы, но снова стоит на старте длинного, нервного пути. Вопрос только в одном: хватит ли у этого «призрака» в штрафной сил и инстинкта, чтобы довести его до самой вершины?