Kevin Kampl: от футбольной звезды до фермера на Майорке
Когда прожектора Лиги чемпионов гаснут, о некоторых звёздах будто забывают. Но жизнь не выключается вместе с табло. История Kevin Kampl — об этом.
От «живой комнаты» в Лейпциге к тишине Майорки
Немец по рождению, словенец по паспорту сборной, Kevin Kampl почти всю карьеру провёл в Бундеслиге. Greuther Fürth, Bayer Leverkusen, Borussia Dortmund — солидный маршрут по немецкой карте футбола. Но по-настоящему своим он стал в RB Leipzig.
С 2017 по 2026 год Kampl был частью проекта, который вырос из амбициозного стартапа в постоянного участника Лиги чемпионов. Восемь с половиной лет в клубе, который он сам называл домом. Для футболиста уровня Бундеслиги — целая футбольная жизнь.
И именно в этом доме он неожиданно закрыл за собой дверь.
В начале января 2026 года Kampl и RB Leipzig расторгли контракт по соглашению сторон. Без скандалов, без затянувшихся переговоров. Просто точка. Решение, которое снаружи выглядело резким, изнутри оказалось неизбежным.
Двойной удар, после которого не до футбола
Причина — не спорт. Семья.
Сначала в Словении умер брат. Спустя несколько месяцев — отец. Два удара подряд. Для 35‑летнего футболиста, который всегда подчёркивал важность семьи, это стало не просто тяжёлым периодом, а линией, за которой прежняя жизнь перестала иметь смысл.
Kampl не стал тянуть время, не пытался доигрывать на автомате. Он честно признал: продолжать карьеру в таких обстоятельствах не может. И ушёл. Не на полгода в аренду, не в чемпионат с меньшим давлением. Ушёл совсем.
Новое поле: не газон, а грядки
Сегодня Kevin Kampl живёт на Майорке и работает… фермером. Овощи, фрукты, земля под ногами вместо идеального газона под бутсами.
В интервью Bild он описал свою новую реальность почти с удивлённым удовольствием: на его полях растут медовые дыни, арбузы, помидоры, лук, перец и ещё «многое другое». Всё, по его словам, «растёт как сумасшедшее». Там же он отметил и оливковое масло собственного производства — вкус, которым он явно гордится.
При этом Kampl не прячет, через что ему пришлось пройти. Он прямо назвал прошедший год «чертовски тяжёлым» и признал, что другого слова для него нет. Жёсткая формулировка, за которой — не фигура речи, а реальная боль.
Но жизнь, как он сам говорит, должна продолжаться. Принять случившееся оказалось невероятно трудно, однако тишина и размеренный ритм Майорки помогли семье хотя бы немного перевести дыхание. Не забыть — с этим невозможно справиться. Но научиться жить рядом с этой болью.
Лейпциг в сердце и вопрос к будущему
Фермерские будни не отрезали его от футбола. Kampl по‑прежнему следит за тем, что происходит в RB Leipzig, и не скрывает, что будет часто бывать в городе. Связь с клубом для него — не формальность, а часть идентичности.
Когда он объявил об уходе, его прощальные слова болельщикам звучали не как дежурная благодарность, а как исповедь игрока, который действительно пустил клуб в свою личную жизнь.
Он поблагодарил фанатов за восемь с половиной «чудесных лет», за то, что они дали ему дом. Признался, что чувствовал себя комфортно с первого дня — не только сам, но и его семья. Стадион он назвал своей «гостиной». Местом, где он жил, а не просто работал.
Он напомнил о совместных вершинах и провалах, о том, что всё это команда и трибуны проходили вместе, единым целым. И добавил, что благодарен за то, что его всегда воспринимали как «одного из своих».
Сегодня его «гостиная» — поля Майорки, где вместо кроссовок — рабочие ботинки, а вместо свиста арбитра — шум ветра в кронах. Но Kampl не ставит на футболе крест. Он сам признаётся: будет следить за RB Leipzig, будет часто появляться в городе. И честно оставляет приоткрытой дверь: кто знает, что принесёт будущее?
Вопрос теперь другой: однажды он вернётся в футбол — пусть уже не в роли игрока, а в новом амплуа — или навсегда останется человеком, который однажды выбрал тишину полей вместо шума трибун?
