Лукас Херрингтон и болезненное поражение Австралии на чемпионате мира
Лукас Херрингтон не заслужил стать лицом этого поражения. Но именно его лицо останется в памяти. 18 лет, самый молодой стартовый игрок в истории сборной Австралии на чемпионатах мира – и теперь навсегда привязанный к одной из самых болезненных ночей австралийского футбола.
Его удар в серии пенальти казался спокойным, даже зрелым: короткий разбег, аккуратный удар внутренней стороной стопы. Мяч взмыл чуть выше, чем нужно, и с гулким звуком врезался в перекладину. В тот момент время будто застыло. Первым к нему рванул Авер Мабил – не для упрёков, а чтобы сразу разделить боль, которая уже никуда не денется.
Через несколько секунд Египет оформил победу в серии. Херрингтон отвернулся от перекладины, которая предала его в самый важный момент, поднял руку к шапке кудрявых волос и согнулся, пряча лицо. Джексон Ирвайн подошёл к нему так, что не нужно было слов: боль была свежей, обжигающей. К ним присоединился Нестори Иракунунда – на голову ниже, но с объятием, в котором было всё: поддержка, злость, бессилие. Двое, которых уже называют будущим футбола Австралии, стояли посреди настоящего, от которого хотелось сбежать.
Австралия снова остаётся без победы в плей-офф чемпионата мира. Ещё как минимум четыре года ожидания. И навязчивая мысль: будет ли шанс лучше этого?
Не один Херрингтон хотел бы переиграть эту серию. Первым к «точке» подошёл Гарри Суттар. Гигант обороны выглядел выжатым досуха после 120 минут тяжёлой борьбы. Его удар сорвался, мяч срезался и полетел выше ворот, даря Египту психологическое преимущество уже на старте.
Даже ход Тони Поповича с заменой вратаря в концовке – выход капитана Мэти Райана специально под пенальти – не сработал. Египтяне были безжалостны: четыре удара, четыре гола. Серия закончилась раньше, чем успела превратиться в лотерею.
До этого австралийцам пришлось прожить ещё одну муку – 120 минут футбола, в которых долго не находилось места ни голам, ни настоящему драйву. Три часа на турнире без забитого мяча, счёт 0:1, перерыв, и мораль команды где-то в подвалах этого огромного стадиона в Арлингтоне.
И там же, внизу, оказалась и надежда, когда Джорди Бос после стыка попробовал нагрузить левое колено и понял: идти больно. Ещё несколько минут – и он покинул поле. До этого у Австралии были только намёки на остроту: дальний кручёный удар Кристиана Волпато, зацепивший перекладину, да прорыв Боса в штрафную. Но всё это обернулось ничем.
Египет наказал за первую серьёзную расслабленность. Австралийцы легко отдали пространство на своём правом фланге, прессинг развалился, и на линии штрафной в борьбе Джексон Ирвайн не успел среагировать на рывок Зико и сфолил.
Стандарт казался обычным. Удар Эмама Ашура со «стенки» принял на себя Ирвайн, мяч отскочил, но защита не успела выстроиться. Подача вернулась в штрафную, и тот же Ашур, забытый на дальней штанге под восьмым номером Египта, спокойно замкнул головой. Холодный, почти клинический удар. Напоминание: у Египта есть острие, и любая ошибка стоит дорого.
После перерыва Австралия получила ещё один нервный тест. Вместо травмированного Боса на поле вышел Кай Трюин – дебют на чемпионате мира, да ещё и на непривычном правом фланге обороны. Десять секунд – и его оппонент уже едва не забивает. Старт второй половины грозил превратиться в приговор.
Но команда выстояла. И, что важно, сделала то, чего не могла на этом турнире раньше: забила, проигрывая по счёту. Формально в протоколе это значится как автогол Мохамеда Хани. По сути – шедевр Аидена О’Нила. Его навес с левого края штрафной закручивался так изящно и точно, что казался навесом и ударом одновременно. Хани в панике попытался прервать траекторию – и лишь переправил мяч в собственные ворота.
Стадион в Арлингтоне – крытая арена, окружённая 24 тысячами парковочных мест, настоящий храм американского спорта, который на один вечер принял и футбол. Но это был не тот матч, что обращает в новую веру сомневающихся зрителей. Паузы, задержки, осторожность – к сотой минуте команды нанесли всего четыре удара в створ на двоих. Зато для болельщиков Австралии и Египта это были 120 минут, сжимающих челюсти.
При счёте 1:1 каждый навес превращался в испытание. Патрик Бич выбивал мячи кулаками, египетская линия обороны, уступая в росте, выгрызала всё, что летело в её штрафную. Ошибаться было нельзя – цена давно выросла выше обычного матча.
Под конец основного времени проснулся Мо Салах. До этого он был скорее тенью своего имени, но в решающий отрезок включился в полную силу. Сначала подал идеальный навес на Рами Рабиа, и тот уже готовился праздновать, пока Бич не вытащил мяч из-под перекладины. Потом Салах пробил сам, затем выложил ещё один момент партнёру – и только подкат Суттара заблокировал удар, летевший в самый угол.
Сомнения в его готовности рассеялись в эти минуты. Улыбка, которой Салах обменялся с Суттаром перед жеребьёвкой на дополнительное время, говорила: сил ещё хватит. Но даже он не избежал промаха – в начале экстра-тайма, когда рикошет вывел его на удар с отскока, капитан Египта зарядил выше ворот.
В дополнительное время Египет всё сильнее прижимал Австралию к воротам. Осадное положение, очередные навесы, попытки продавить центр. Австралийцы держались, выносили, блокировали. Обе команды стояли в шаге от исторического достижения – первой победы в плей-офф чемпионата мира. Но шаг сделал только один.
Серия пенальти оставила для истории лишь сухой счёт и список исполнителей. Для Австралии она оставила ещё и образ 18-летнего парня, отвернувшегося от ворот и спрятавшего лицо в ладони. Для Египта – дорогу дальше.
А для всех остальных – вопрос: сколько ещё раз эта сборная Австралии подойдёт так близко к своей заветной победе, прежде чем наконец переступит через собственную боль?
