Макс Эберль о FIFA и будущем футбола
Макс Эберль взорвался. Не на поле, не в микст-зоне после спорного пенальти, а по куда более крупному поводу — по поводу того, куда, по его мнению, катится мировой футбол под руководством Gianni Infantino и FIFA.
«Мне стыдно, что мы вообще это обсуждаем»
52‑летний спортивный директор, один из ключевых людей в структуре Bayern Munich и фигура с серьёзным весом в европейском футболе, в среду не подбирал выражений.
«Мне стыдно, что мы вообще обсуждаем такие идеи в футболе. Футбол не принадлежит нам», — заявил Эберль, его цитирует Sky Sport. — «У меня ощущение, что FIFA существует исключительно ради получения прибыли. Меня это отвращает».
Эти слова — не просто эмоциональный всплеск. Они легли на уже раскалённую почву. Напряжение между FIFA и европейскими ассоциациями растёт месяц за месяцем, и теперь разговоры о потенциальном бойкоте чемпионата мира со стороны стран-членов UEFA звучат всё громче.
Эберль дал понять: если Европа решится на жёсткий ответ Infantino и его инвестиционной модели, он будет в первых рядах.
«Тогда я действительно буду за то, чтобы мы, как Европа, заняли жёсткую позицию и сказали: нет, мы не участвуем», — добавил он.
Саммер предупреждает: играют с доверием к игре
На фоне взрывной риторики Эберля другие авторитеты немецкого футбола говорят спокойнее, но с не меньшей тревогой. Matthias Sammer, легенда сборной Германии и ныне советник Borussia Dortmund, смотрит на ситуацию шире.
Он признаёт, что Infantino балансирует на сложной грани современной футбольной политики. Руководитель FIFA обязан учитывать интересы всех — от малых федераций до топ‑лиг, от телекомпаний до болельщиков.
«Gianni Infantino сначала должен суметь угодить всем. В этом его работа и работа FIFA. Это всегда тонкая грань», — отмечает Саммер.
Но даже при такой взвешенной позиции главный его страх — не деньги и не формат турниров. Он говорит о фундаменте. О том, на чём держится игра.
Саммер подчёркивает: он видит «опасность в том, когда вмешиваются в целостность игры». И добавляет ещё один важный штрих: по его мнению, FIFA рискует «эмоциональной достоверностью» футбола, разменяв её на более высокие финансовые показатели.
То есть вопрос уже не только в том, сколько матчей сыграют и сколько миллиардов заработают. Речь о доверии к тому, что происходит на поле и вокруг него.
Деньги против идентичности
Несмотря на критику, Infantino не отступает. В штаб-квартире FIFA выстроен жёсткий график: у национальных ассоциаций есть срок до сентября, чтобы одобрить сделку. На кону — обещанные миллионы для каждой федерации.
Финансовый стимул очевиден. Для многих стран это шанс закрыть дыры в бюджете, построить инфраструктуру, вложиться в детско-юношеский футбол. Но в Европе всё громче звучит вопрос: какой ценой?
Скепсис европейских федераций касается не только деталей инвестиционной модели, а прежде всего её долгосрочного влияния на саму игру. Сколько ещё можно расширять турниры, уплотнять календарь, перестраивать традиции под интересы инвесторов и телерынка, не разрушив при этом то, за что футбол любят?
Для Эберля и руководства Bayern Munich ответ ясен. Потенциальная финансовая выгода не перевешивает риск потерять лицо. В Мюнхене уверены: если футбол окончательно превратится в глобальный коммерческий проект, оторванный от болельщиков и своих корней, выигрыша не будет ни у кого — ни у клубов, ни у федераций, ни у игроков.
Европа у порога развилки
Теперь всё упирается в ближайшие заседания UEFA. Именно там ассоциации должны решить: идти ли в фарватере FIFA ради финансового потока или же впервые за долгие десятилетия пойти на открытый конфликт с Цюрихом.
Сценарий исторического раскола ещё недавно казался фантастикой. Теперь о нём говорят вслух. Эмоции, подобные тем, что озвучил Эберль, уже не выглядят единичными вспышками — это симптом того, что доверие к глобальному управлению игрой стремительно тает.
Сентябрьский дедлайн Infantino приближается. Вопрос, который сегодня стоит перед Европой, звучит жёстко и без обиняков: что важнее — ещё один чек от FIFA или право самому решать, каким должен быть футбол завтрашнего дня?
