Мексика празднует победу над Южной Африкой на чемпионате мира
Предчувствие праздника витало в воздухе ещё накануне матча. Лихорадочная охота за зелёными футболками у уличных торговцев, заполнивших тротуары. Сотни людей, поющих и танцующих вокруг сияющего в огнях El Ángel de la Independencia. Крики, гудки машин, хорны до глубокой ночи.
Если так Мехико отмечает только ожидание первого матча сборной на чемпионате мира, то что же будет, когда команда выиграет?
Город, который превращается в фан-зону
Ответ пришёл быстро. Сборная Мексики сделала свою часть работы — обыграла Южную Африку 2:0 в стартовом матче мирового первенства, растянутого между Мексикой, Канадой и США.
А потом город сорвался с цепи.
Paseo de la Reforma превратился в пешеходную реку, в которой текла только одна эмоция — восторг. Пивные «души», облака искусственного снега, бесконечные конга, пластиковые копии трофея, поднятые над головами так, будто это настоящий Кубок мира. К этому — уличная еда на любой вкус, закуски, сувениры, светящиеся палочки, и всё это под аккомпанемент бесплатного концерта.
Для постороннего наблюдателя такая буря страсти за обычный групповой матч может показаться чем-то чрезмерным. Для Мексики — это будни. После любой крупной победы мужской национальной команды болельщики стекаются к своему символу триумфа — монументу на оживлённой развязке, местному аналогу знаменитых фан-зон, — и празднуют до тех пор, пока у города не закончатся силы. У них самих — почти никогда.
80 тысяч голосов и один крик
Ещё до стартового свистка настроение зашкаливало. Перед стадионом — традиционные выступления, танцоры и музыканты заводят толпу. Внутри — уже не шум, а гул, который будто давит в грудь.
80 тысяч зрителей подпевали артистам церемонии открытия, особенно — королеве мировых первенств Shakira. Но настоящий рев, тот, который ощущаешь позвоночником, а не ушами, был припасён для двух голов мексиканцев.
Особенно — для удара головой Рауля Хименеса. Годы после тяжелейшей травмы головы, долгий путь назад — и вот он снова в центре внимания, снова в штрафной, снова забивает. Трибуны взорвались так, словно вместе с мячом в ворота влетела и вся его история возвращения.
Почти такой же волной стадион встретил 17‑летнего Гильберто Мору, вышедшего на замену во втором тайме. Едва он появился у бровки, как арена начала хором скандировать его имя. Такой приём в Мексике — аванс, знак: от этого парня ждут не просто голов, от него ждут перемен.
«Никогда такого не было»
Главный тренер Хавьер Агирре, участник домашнего чемпионата мира 1986 года, видел разные эмоции. Но даже его команда не выдержала накала.
«Старт чемпионата мира — это жестокая сцена, от неё ноги дрожат», — признался он. «Ты выезжаешь с базы, видишь людей, болельщиков на улицах, и игрок думает: “Вау, вау, вау”».
Агирре привёл простой, но показательный факт: «Никогда, никогда за 25 матчей у нас не было ни одного случая судорог. Сегодня — три игрока с судорогами. Это очень сильное эмоциональное состояние».
Тренерский штаб уже думает о следующем матче группы — игрокам придётся закрыть крышку на этом вулкане чувств и вернуться к рабочему режиму. У болельщиков же крышка слетела окончательно и надолго.
«Это значит всё. Это очень много значит», — говорит один из фанатов в толпе. «Это возвращает нас на карту. Показывает, что Мексика присутствует в мире футбола».
Праздник для Infantino — и вопросы для турнира
Президент FIFA Джанни Инфантино в этот вечер мог быть почти так же доволен, как и фанаты. Накануне он жаловался на критику в адрес организации в преддверии турнира и, играя в подростковый сленг начала нулевых, призывал всех «расслабиться».
Теперь, когда мяч наконец пошёл по полю, призыв сработал: напряжение сменилось вечеринкой. Инфантино может на время выдохнуть. Но не обмануться — пристальный взгляд к чемпионату никуда не делся.
Мексика живёт футболом. В Канаде и США «soccer» по‑прежнему в тени других лиг и видов спорта. Крупные матчи с большими именами наверняка соберут полные арены, но высокие цены на билеты могут отпугнуть тех, кому достались не самые громкие афиши.
Есть и ещё один фактор — присутствие Immigration and Customs Enforcement, ICE, на матчах в США. Будет ли оно ощутимым? Повлияет ли на атмосферу? Эти вопросы уже висят в воздухе.
Но в ночь, когда Мехико тонул в пивных брызгах и зелёных флагах, отвечать на них никто не спешил. Пока что за всех говорил футбол — и его голос в столице Мексики звучал оглушительно.
