Plazma Youth Sport Games: Спортивный Давос на Адриатике

На помосте над Адриатикой — тишина, в которой слышно только шорох фигур. По кругу сидят 20 детей, лучшие юные шахматисты Балкан. Против них — один соперник. Nigel Short, гроссмейстер, неловко протискивается между стульями, делает по ходу за доску и двигается дальше. Симультанка как симультанка — если бы не одно «но».

Каждому ребёнку разрешили взять себе звёздного тренера. И вот уже за спиной у школьников шепчут подсказки Ana Ivanovic, бывшая чемпионка Roland Garros, экс‑наставник Burnley Sean Dyche и, что особенно выбивается из привычной картинки, правый техномиллиардер Peter Thiel. Шахматный круг на берегу моря превращается в странный, но показательный срез современного спорта и большого капитала.

«Давос спорта» на берегу Адриатики

Это лишь один эпизод Plazma Youth Sport Games (YSG), которые в этом месяце отмечают 30‑летие в Сплите. О них уже давно говорят как о «Давосе спорта» — сюда каждое лето съезжаются крупные фигуры из мира спорта и политики. Но громкие имена — только верхний слой.

Главное — масштаб. Это крупнейший в Европе любительский турнир для детей. Почти полмиллиона участников из Хорватии, Боснии и Герцеговины, Сербии, Словении и Северной Македонии прошли отбор на этот год. Финалы в 10 видах спорта — от шахмат до 3x3 баскетбола — за одну неделю в Сплите. В расписание вписаны не только матчи: детей учат работать в команде, общаться друг с другом, убирать телефоны в карман. Организаторы называют Plazma не просто спортивным событием, а «социальным проектом».

Посыл сработал. У YSG целая плеяда амбассадоров — от Zlatan Ibrahimovic до Alastair Campbell. Многие уезжают из Сплита откровенными поклонниками Игр. Sean Dyche называет проект «потрясающей, по‑настоящему потрясающей инициативой» и особенно выделяет финал девичьего мини‑футбола.

«Это было здорово, они играли в настоящий футбол, — говорит он. — Вкладывались по‑взрослому, шли в стыки, играли по‑настоящему. Было видно, что они чувствуют себя свободными и что их в этой среде поддерживают».

Dyche не верит, что нечто подобное легко прижилось бы в Великобритании. «Каждый раз, когда в Англии пытаешься запустить инициативу, появляется миллион правил и регламентов, которые всё усложняют, — говорит он. — Я знаю, как трудно выбивать финансирование, и понимаю, что времена для людей непростые».

Игры, выросшие из разрухи

Парадокс в том, что сами Plazma Games родились тоже не в тучные годы. Их основал Zdravko Maric вскоре после распада Югославии и войны в Боснии. Его цель была приземлённой и жёсткой: не абстрактный «мир во всём мире», а борьба с наркотиками среди хорватской молодёжи.

«Это проект всей жизни, мы живём им каждый день, — говорит брат основателя, Slaven Maric, который с самого начала работает на Играх. — Но когда Zdravko всё начинал, никто и представить не мог, во что это вырастет. Это не про спорт и не про результат. Это про социальную жизнь, про то, чтобы быть вместе. Тогда было много проблем с наркотиками, сейчас — задача собрать детей, чтобы они провели время вместе в реальной жизни».

Тема «оторвать детей от экранов» становится для YSG ключевой к 2026 году. Maric признаётся, что попытки киберспортивных брендов войти в программу Игр были вежливо, но жёстко отклонены.

Город, который штампует чемпионов

Перенос Игр в Сплит добавил ещё один слой к и без того уникальной спортивной биографии города. В современном Сплите живут всего около 160 тысяч человек, но список его звёзд напоминает музей славы: Goran Ivanisevic, Bernard Vukas (которого до появления Luka Modric считали величайшим хорватским футболистом), легендарный кикбоксер Branko Cikatic, трёхкратный чемпион NBA Toni Kukoc, знаменитый альпинист Stipe Bozic.

У города есть собственная олимпийская «аллея славы» — в голливудском стиле, с именами 73 медалистов. Есть и свой фирменный вид спорта — пикогин: что‑то вроде «хакки-сак» руками, в мелкой воде Адриатики.

Неудивительно, что связь Игр с городом быстро стала почти органической. Для местных это предмет гордости. Ещё один уроженец Сплита, Slaven Bilic, бывший игрок и тренер клубов Premier League, тоже стал амбассадором YSG.

«Я не объективен, знаю Zdravko больше 30 лет, — признаётся Bilic. — Но здорово, что в момент, когда в мире так много негатива, существует такое событие. Особенно в этом регионе, который многие по привычке считают нестабильным».

Миллиардеры, спонсоры и новые флаги

Организаторы всё чаще смотрят вперёд. Один из приоритетов — расширение географии. В этом году впервые выступила Северная Македония, украинские команды стали приглашёнными гостями. Переговоры ведутся ещё с шестью странами.

Финансовая база крепнет. Среди партнёров — Coca‑Cola, карточный бренд Topps, ведущий хорватский телеком Telemach. И, что, возможно, важнее, к Играм уже «привязаны» 11 миллиардеров, часть из которых вложила в проект собственные деньги. По данным организаторов, среди инвесторов — Peter Thiel, основатель PayPal и Palantir и наставник JD Vance, действующего вице‑президента США. На вопрос Guardian, почему он решил вложиться в YSG, Thiel не ответил, просто прошёл по набережной в окружении охраны.

Президент Uefa Aleksander Ceferin, чья организация тоже финансирует Игры, видит в них пример того, как «большой спорт» может работать правильно. От прямых комментариев о своём конфликте с Fifa в Сплите он уклонялся, но в его словах о YSG слышались намёки.

«Я считаю, что топ‑спорт и деньги, которые он приносит, должны использоваться для развития спорта, — говорит Ceferin. — А здесь мы как раз видим развитие спорта». Сравнение с попытками Gianni Infantino продать долю в правах на чемпионат мира частным инвесторам просится само.

Финал в стиле Soccer Aid

Вечер пятницы. Игры закрываются матчем, который здесь называют собственной версией Soccer Aid. С одной стороны — команда YSG, с другой — сборная звёзд. Баланс сил по именам выглядит почти комично: у «олл‑старов» выходят Claude Makélélé, Pavel Nedved и всё тот же Ibrahimovic.

У местных — свой козырь. На бровке их ведёт Sean Dyche.

Получается то, ради чего и задумывался весь проект: мосты между поколениями, воспоминания, которые останутся с этими детьми надолго, и футбол, в который играют «по‑взрослому», без скидок на возраст. Для турнира, который вырос из послевоенной разрухи в крупнейший детский спортивный праздник Европы, такой финальный аккорд звучит не просто символично.

Скорее как вопрос: сколько ещё детей из этого круга над Адриатикой через годы окажутся уже не на помосте, а на большой арене?